Чтобы понять, чего мировое сообщество ожидает от мирного процесса, важно учитывать исторический контекст. Без него процесс совершенно непонятен. Действительно, почему столько стран озабочено национальными правами трехмиллионного палестинского ненарода? Запад и не думает поддерживать сотни движений за независимость, существующие в мире, даже когда за ними стоят бесспорные национальные образования – исторические, генетические и языковые. Точно так же Запад никогда не волновало, когда одна страна присоединяет территорию другой: светоч демократии сам присоединил треть Мексики; Россия, Польша, Чехословакия и Франция аннексировали коренные германские земли. Никого не волнует и преследования меньшинств, особенно если эти меньшинства враждебны по отношению к большинству. Можно и не вспоминать известный пример России с чеченцами, если даже Франция всего несколько лет назад разрешила использование бретонских имен. Точно так же незаметно, чтобы Запад интересовала свобода вероисповедания в странах типа Саудовской Аравии.

Быть может, Израиль толкают только на мелкие уступки? Вовсе нет: «Дорожная карта» требует отдать Храмовую гору, Иерусалим и Иудею. Если где-то на земле и есть еврейские территории, то это они. Это примерно как заставить Россию отдать Кремль или Америку – Белый дом.
Или, быть может, болезненные уступки – нормальное историческое явление? Для победителей – никогда. В мировой истории нет ни единого примера, когда атакованная страна побеждала, присоединяла территории побежденного агрессора и затем отказывалась от них по доброй воле. За шестьдесят лет на Израиль нападали шесть раз; аннексия территории противника – исторически стандартная компенсация.

Есть ли для Израиля хоть какая-то польза от этих уступок, пусть и странных? Нет, они означают самоубийство. Ни одно государство не может существовать в 13-километровых границах, тем более если это государство осаждают триста миллионов врагов.

Отношение мирового сообщества к Израилю видно по тем требованиям, которые оно нам предъявляет. Израиль должен воевать миролюбиво: посылать своих детей в городские бои и даже каким-то образом выяснять принадлежность террористов, прежде чем в них стрелять. Израиль должен быть либеральным: то есть, отказаться от иудаизма, требующего высоких нравственных норм. Израиль должен открыться для иностранного влияния, таким образом отказавшись от уникального еврейского образа жизни. Израиль должен быть демократичным: проще говоря, позволить арабским избирателям ликвидировать еврейское государство. Израиль должен быть терпим к меньшинствам и согласиться с тем, что треть населения составляют арабы. Что останется от еврейского государства, когда будут выполнены все эти ультиматумы?

Или посмотрим на ситуацию с другой стороны. Америка, наш ближайший союзник, запрещает нам нападать на Иран, который уже в следующем году получит ядерное оружие. Таким образом, американской администрации все равно, что ядерный Иран сотрет Израиль с карты. И это не единственный случай: Америка уже осуждала Израиль за бомбардировку иракского ядерного реактора. В 1967 году картина была апокалиптической: евреи рыли десятки тысяч могил и приготовились к полному уничтожению, но США запретили нам наносить превентивный удар. То же произошло и в 1973 году. Через два года после Катастрофы США и Великобритания не стали голосовать за создание еврейского государства. Когда оно все-таки было создано, они наложили эмбарго на поставки оружия.

Согласно опросам, в 1937 году антисемитские настроения разделяло 15% американцев. С позиций современных опросов это были ярые антисемиты; а ведь к этой цифре надо прибавить вдвое большее число скрытых евреененавистников. Неудивительно, что когда газеты сообщили об антисемитских репрессиях в Германии и Австрии, опросы 1939–41 годов показали резкий рост антисемитизма в США. Рядовые американцы увидели, что антисемитизм применяется на практике и общественно приемлем. Во время войны опросы в США отводили евреям уверенное первое место среди ненавидимых групп. Евреям уступали даже американцы немецкого и японского происхождения.

В 1944 году немцы предложили освободить до миллиона евреев; Союзники отказались от переговоров. Когда еврейские организации пытались собрать необходимую сумму, Союзники сообщили им, что границы все равно останутся на замке. И евреев отправили в Освенцим.
Во время Катастрофы Америка, Великобритания и Россия ежедневно вели радиотрансляции на оккупированные территории. Миллионы людей вслушивались в каждое слово. Но ни разу ни один диктор не призвал евреев спасаться бегством или хотя бы просто сообщил о массовых убийствах. Сталин знал о них с первого же дня войны, Рузвельт и Черчилль – как минимум с января 1942 года, возможно, и раньше. Их разведки перехватывали немецкие радиопередачи, в которых звучали точные цифры убитых евреев, но никто их так и не предупредил. Когда евреи садились на поезда в Освенцим, это название им ничего не говорило.

Еще до войны, когда немцы и австрийцы подвергали евреев жестоким репрессиям, Великобритания поступала точно так же: подобно Германии и Австрии, англичане запретили евреям покупать землю на их собственной родине, которая была доверена Великобритании Лигой Наций. Белая книга от 1939 года официально аннулировала Декларацию Бальфура и условия Мандата, практически свела на нет еврейскую иммиграцию, оставив ее на милость арабов, и закрыла для евреев единственное место на свете, где они могли спастись.
Свободный мир собрался на Эвианскую конференцию, чтобы найти место для еврейских беженцев. В то время в Америке иммиграционная квота намного превышала реальное число иммигрантов – примерно на 100 тысяч в год. Но США и Великобритания объявили, что не пустят на свою территорию еврейских беженцев. Британия отказалась от обязательств по созданию еврейского национального дома в Палестине как раз тогда, когда это было больше всего необходимо. То, как это объяснялось, просто смешно: дескать, нашествие евреев не понравится арабам. С каких это пор англичан стало интересовать мнение палестинских крестьян? В других местах всемирной Британской Империи для евреев тоже не нашлось места. Примеру англичан с удовольствием последовали и другие страны. Немцы правильно поняли сигнал: их оппоненты не хотят видеть евреев нигде.

Катастрофа была четырехглавым монстром: свои роли в ней сыграли Америка, Британия и Россия.

Мирный процесс – это просто еще одно название Катастрофы.

Израиль теряет подходящий момент для самых лучших условий перемирия. После первой удачной атаки Газы дальнейшие операции будут менее зрелищными и приведут к большему числу жертв среди евреев.

Операция в Газе продемонстрировала, как блестящая разведка и тактика могут сочетаться со стратегическим дилетантством. Для уменьшения жертв среди мирного населения израильская армия либо заранее предупреждала жителей и бомбила уже пустые хижины, либо открывала огонь ранним утром, когда в домах никого не было. Любопытно, что попытка спасти мирное население заклеймила «Фатх» соучастником атаки: АОИ разослала предупреждения 90 тысячам телефонных абонентов через узел связи на Западном берегу.

С военной точки зрения это странно, когда после удачной бомбардировки не вводятся наземные войска. Уже на второй день авиаудары стали единичными и нередко бессмысленными, поскольку все важные объекты были уничтожены еще в первый день. Хотя в Газе действуют израильские коммандо в поисках целей, интенсивность боевых действий снизилась, что позволило «Хамасу» перегруппироваться. Командиры партизан вновь контролируют свои отряды, пусть и на примитивном уровне. У «Хамаса» осталось около 6 тысяч ракет, что позволит месяцами поливать Израиль огнем с нынешним уровнем интенсивности.

Если АОИ начнет в Газе наземную операцию, результаты лишь ухудшатся. Даже ослабленный «Хамас» способен причинить евреям серьезные потери с помощью партизанских набегов. А убив нескольких евреев, арабы тут же заявят о победе. Тактически, Израиль может воспользоваться обученными США батальонами «Фатха» при поддержке израильских танков, однако подобное сотрудничество будет означать для «Фатха» политическую смерть. Искоренить «Хамас» не сможет никакая военная операция, для этого есть только один способ – длительная и тяжелая полицейская работа. Египет бросил Газу в 1967 году и не возьмет ее обратно.

Даже если контроль над Газой перейдет к «Фатху», он не сможет ее удержать. Если «Хамас» близок к захвату Западного берега, где ему противостоят АОИ и «Фатх», то что остается говорить о Газе, где его поддерживает из-за границы «Мусульманское братство».

Жители Газы не отвернутся от «Хамаса» именно потому, что АОИ не стреляет в мирное население. У избирателей «Хамаса» просто нет причин предавать свою партию. Да, Газе нанесен серьезный урон, но она будет быстро восстановлена на иранские деньги, что мы уже видели в Ливане. Число потерь для партизан несущественно: в Черном сентябре Иордания убила в десятки раз больше палестинцев, да и Сирия с Ливаном тоже.

Израильское правительство совершенно безнравственно использует еврейских солдат как наемников ООП, смещая один мусульманский режим ради другого, будь-то «Хамас» или «Фатх». Если мы преподнесем «Фатху» Газу на еврейских штыках с голубой каемкой, это будет означать полный избирательный провал «Кадимы». Сдается мне, что у правительства Ольмерта, как когда-то в Ливане, снова нет стратегии выхода – если, конечно, ставка не делается на то, чтобы спровоцировать Иран на какое-либо действие, служащее поводом для атаки Натанца тактическим ядерным оружием. Подобный удар не может быть чисто превентивным.

Сейчас самое время открыть границу и предложить «Хамасу» перемирие на жестких израильских условиях: никаких тоннелей, контрабанды оружия, ракет, массивные карательные удары по «Хамасу» за любое нарушение. Но смысл? «Хамас» уже предлагал все это в обмен на открытие границ, что Израиль в любом случае сделает после окончания операции. Небольшим же организациям боевиков нет смысла сворачивать деятельность. Война – единственный смысл их существования и сбора средств. «Хезболла» пошла на перемирие, потому что у нее есть другие дела помимо Израиля; у палестинских повстанцев их нет.

Правительство отказывается признать два основных пункта об этом конфликте. Во-первых, у него нет быстрого решения; какие-то формы пограничного насилия будут всегда. Во-вторых, Израиль слишком высокомерен и лезет в чужие дела; когда «Хамас» овладел Газой, Израилю не было никакого смысла закрывать границу – этот шаг привел только к эскалации насилия. Евреев не должно интересовать, какие именно террористы, хамасовские или фатховские, правят в Газе, как бы они ни назывались: автономия, режим или правительство. Чем бы арабское дитя ни тешилось в своем зоопарке, лишь бы оно не нападало на Израиль. Но операции возмездия Израиля не должны быть единичными: условные рефлексы развиваются только благодаря повторяющимся действиям. Собака Павлова не будет испускать слюну при виде мяса, если показывать его сто раз, но давать только один. Палестинцы должны увидеть собственными глазами, что каждое нападение на Израиль приводит к существенным разрушениям в Газе в считанные минуты. Они запускают «Кассам» – мы запускаем «Попай».

Авигдор Либерман – это типичный светский ястреб. Это забавная порода. Он агрессивен, но не религиозен. Для него, как и для многих других, еврейский национализм – понятие пустое: что такое национализм для народа, который забыл, когда последний раз у него было государство, у которого в собственной стране уже нет квалифицированного большинства? Как следствие, у Либермана нет определенных целей. Он предлагает отдать арабам крупные части Галилеи и районы Иудеи, заселенные арабами. Он признает палестинское государство в Иудее и Самарии, так что понятия “Земля Израиля” и “иудаизм” для него не имеют смысла.

Его единственная значимая цель – удалить из Израиля как можно больше арабов. Здесь ему недостает принципиальной позиции рабби Кахане (безусловный трансфер) и Рехавама Зееви (выкуп имущества арабов, согласившихся на переезд). Либерман предлагает политкорректное решение – территориальный обмен с палестинским государством. Предлагается обменять арабские районы Израиля на еврейские блоки поселений в землях, контролируемых палестинской автономией. Как и все полумеры, этот сценарий неработоспособен.

Во-первых, израильские арабы не хотят становиться арабами “Фатха”. Они отказывают “Фатху” в праве производить обмен территориями от их имени. Как только в повестку переговоров будет включен обмен территориями, арабы из обмениваемых территорий просто переедут в другие районы Израиля. Ничто не мешает жителям деревень переехать, скажем, в Яффу; там они будут защищены от обмена.

Во-вторых, обмен территориями создаст известную проблему разделенных семей. Любая большая арабская семья будет иметь родственников по обеим сторонам границы. Позиция по этому вопросу израильского Верховного суда хорошо известна: правительство обязано предоставить арабам возможность встречаться с родными. Поэтому поток людей через границу будет очень большой, что сразу отразится на безопасности.

В-третьих, обмен территориями вернет нас к карте ООН 1947 года, против которой мы воевали в Войну за независимость. Тот план ООН создал несколько плохо связанных между собой еврейских анклавов, окруженных и пересеченных арабскими анклавами. Конечно, подобное государство было обречено. А план Либермана предполагает карту еще хуже, поскольку сегодня арабы продвинулись далеко за границы 1947 года.

В-четвертых, план Либермана не учитывает проблему нелегального строительства. На самом деле израильские арабы заселяют в несколько раз большую территорию, чем им выделено согласно градостроительным планам. Разрушить эти огромные массивы нелегальной застройки политически приемлемыми методами невозможно, а отдавать эти территории палестинской автономии непрактично.

В-пятых, киббуцы и арабские деревни Галилеи, поселения и арабские города в Гуш-Эционе настолько переплетены, что разделить их с целью обмена территориями просто нереально. Граница, отделяющая еврейские деревни от арабских, будет похожа на следы пьяницы. Защищать такую границу будет невозможно.

Существует фундаментальное противоречие между благодушной политикой и реальной политикой: действенные меры никогда не бывают популярными. Согласно плану Либермана, арабы из обмениваемых районов уезжать не захотят, и их придется депортировать. Так почему бы не депортировать их без земли?

Нападение Армии обороны Израиля на Газу отвечает интересам всех сторон. «Кадима» и «Авода» проиграют выборы в пух и прах, если «Хамас» и дальше будет продолжать осыпать Израиль десятками ракет в день, как он это делал в декабре. Успешная кампания в Газе существенно улучшит шансы на выборах левых. «Фатху» грозит потеря своего президента, чей срок заканчивается через две недели, и военная победа над «Хамасом» – единственная возможность для Аббаса и дальше оставаться в кресле. «Хамасу» так и не удалось поднять уровень жизни Газы, и успешная военная операция против сионистов – единственный шанс сохранить популярность. Сирии важно продемонстрировать силу в периферийном конфликте с Израилем перед началом прямых переговоров. Египет обожает показывать Западу, что только он может обеспечить устойчивый мир: как только израильско-хамасовские переговоры при посредничестве Египта сорвались, тут же возобновилась война. Ирану нужно втянуть Израиль в военное фиаско по ливанскому образцу, чтобы отвлечь евреев от нападения на Натанц.

Военная операция наглядно демонстрирует, что никто не учится на своих ошибках; во всяком случае, точно не евреи. Эта же проблема у нас была в обеих ливанских войнах: победить врага несложно, поддерживать спокойствие – вот в чем загвоздка. Израиль может разбомбить в пух и прах все что угодно, но партизаны могут скрываться даже в разрушенных зданиях. К их услугам такие преимущества как фактор внезапности, живой щит и права человека. Почти всегда на их стороне время: если не сразу, то в течение считанных дней мировое сообщество начнет подталкивать Израиль к перемирию. Израильские арабы уже бунтуют. «Хамас» выползет из подземелий и объявит о победе. Подготовленные американцами батальоны «Фатха» окажутся беззащитными против хамасовских бандитов – или сами превратятся в шайку головорезов.

Да, Израиль может уничтожить хамасовские лачуги. Но что делать с Палестинским исламским джихадом, Народным фронтом освобождения Палестины, Народным комитетом сопротивления? У них нет военных зданий, по которым можно нанести карательный удар. А еще есть кланы боевиков, такие как Дугмуши, охватывающие целые кварталы. Если армию заботят права человека, она против них бессильна.

Есть несколько способов победить глубоко окопавшихся партизан. Самый надежный и исторически распространенный – депопуляция их ареала. У израильского правительства для этого не хватит характера.

Затем, есть полицейские методы: оккупировать территорию и начать охоту на боевиков. Этим успешно занимался Шарон в свою бытность военным губернатором Газы. Полицейские операции по своей сути долгосрочны, они требуют полного контроля территории и десятков тысяч агентов. Проще говоря, нужно отменить размежевание, снова заселить Газу и ежедневно подвергать опасности еврейских солдат в городских стычках. Для этого у израильского правительства тоже не хватит характера. Левые верят, что любая проблема имеет мгновенное решение, и они неспособны признать, что некоторые проблемы не решаются веками.

Есть еще способ Армии Южного Ливана, он же коллаборационистский. Израиль заставлял АЮЛ делать за него всю грязную работу против палестинцев. Но в Газе у нас нет естественных союзников, там все группы против нас. Если евреи будут опираться на «Фатх», то ему это припомнят палестинские избиратели; краткосрочная победа обратится для «Фатха» в длительное поражение. Даже если «Фатх» развяжет войну против «Хамаса» и (гипотетически) уничтожит его, это не затронет НФОП и НКС – светские националистические группы по типу ООП.

Макиавелли рассматривал теоретическую возможность привлечь врага на свою сторону путем добродетели, но мне сложно представить, какая добродетель евреев сможет умиротворить «Хамас». Разве что, массовая эмиграция в Канаду.

Поддержит ли «Хезболла» «Хамас» собственными военными операциями, можно лишь гадать. Скорее всего, нет, поскольку Сирия не особо заинтересована в обострении отношений с Израилем, а ливанское правительство, которое сегодня идентично «Хезболле», боится массированного удара возмездия. Палестинские террористические группы в Ливане могут время от времени обстреливать Израиль ракетами.

Израильская операция в Газе придаст «Хамасу» международную легитимность, как Вторая ливанская война легитимизировала «Хезболлу». Из террористической группы «Хамас» становится признанной военной силой и, следовательно, законной армией с набором прав. Сегодня впервые офис премьер-министра официально подтвердил существование перемирия с «Хамасом». Раньше Израиль отрицал наличие любых формальных соглашений с «Хамасом», которые всегда считались просто договоренностями.
Население Газы, которое в целом не страдает от израильских атак, продолжит поддерживать “Хамас”.

С военной точки зрения, данная операция еще очень далека от успеха. Тысяча с мелочью убитых и раненых палестинцев уже вызвала возмущение в мире, хотя потери среди гражданского населения относительно невысоки. Уничтожение всей инфраструктуры безопасности Газы вряд ли сказалось на арсеналах «Хамаса»: эти мусульмане не настолько глупы, чтобы хранить оружие в тех зданиях, которые являются очевидными целями АОИ. Разрушение полицейской инфраструктуры увеличивает хаос и подрывает попытки «Хамаса» обеспечить в Газе хотя бы видимость порядка.

Когда шок пройдет, палестинские повстанцы перегруппируются и подготовятся к вторжению израильской армии. Лучшее, что армия может сделать, это не повторить ошибки 2006 года, когда в городские кварталы отправлялись танки без поддержки вертолетов и отсутствовало саперное обеспечение проезда танков. Однако «Хамас» скопил большие арсеналы противовоздушных ракет, которые он может с успехом применить против израильских вертолетов. Большинство танков израильской армии не вооружены средствами активной защиты, и они будут уязвимы перед дешевыми противотанковыми гранатометами.

«Хамас» интенсифицирует ракетные обстрелы Израиля, а также, что важнее, их точность и фатальность. Сегодняшняя дань в десяток жертв ракетных обстрелов считается высокой по стандартам перемирия. Но если АОИ отбросит ракетные бригады вглубь территории, они массово использовать куда более фатальные ракеты типа «Град».

Когда израильской авиации станет не хватать целей в Газе, правительство Ольмерта будет вынуждено либо объявить о временной победе и согласиться с перемирием, либо вторгнуться в Газу. Последний вариант подрывает предвыборные позиции «Кадимы», поскольку связан с потерями личного состава при отсутствии четкой и однозначной победы. А крупномасштабное вторжение в Газу маловероятно: скорее всего, Израиль и дальше будет придерживаться порочной политики «шока и трепета», дискредитировавшей себя в Ираке и Ливане.

Альтернатива: Покончить с Газой

С теоретической точки зрения, классическое разделение властей на законодательную, исполнительную и судебную – абсурд. Запад импортировал эту концепцию вместе с демократией и классическим искусством в эпоху Ренессанса, когда царило некритическое восхищение всем древним. Разделение на три ветви никогда не практиковалось. Всякий, кто немного знаком с механикой, знает, как сложно уравновесить динамическую систему с тремя центрами тяжести. В условиях социального хаоса такая система неизменно рухнет, скатившись к одной из ветвей власти. В Древнем Риме императоры узурпировали все три ветви.

Видимо, в полудемократических обществах приоритет всегда имеет судебная власть. Суды могут отменять законодательные и исполнительные акты, тогда как две оставшиеся ветви не могут ограничивать деятельность суда, поскольку назначенные судьи независимы. Первоначально считалось, что законодательная власть ограничивает судебную тем, что суд работает на основе законов. Эта точка зрения оказалась неверной, поскольку суды творчески переосмыслили законы и даже начали требовать, чтобы законодательный орган изменил тот или иной закон. Приобретя функции интерпретации законов, суды обрели и законодательную власть.

Израильский Верховный суд уже занимается микроменджментом в военных вопросах: например, определяет, где должен проходить разделительный барьер. Пока и израильский, и американский Верховные суды воздерживаются от разбирательств в сфере внешней политики, но теоретически, ничто не мешает им отменить законодательное или исполнительное решение об объявлении войны. Суды контролируют все, но ничто не контролирует суды.

Средства массовой информации контролируют парламент и правительство, но не суды. Судьи нередко назначаются пожизненно, их не волнует неодобрение общества. Обладая чуть ли не божественной силой управлять жизнями, отправлять в тюрьму и на смерть, многие судьи утратили связь с реальностью. Все граждане считают, что разбираются в политике, но судебные решения очень сложны, в них много технических вопросов, которые обществу сложно проконтролировать. Суды сами контролируют СМИ путем манипулирования законами о клевете и интерпретации понятия “разжигание ненависти”.

Так почему же Тора предписывает судебную систему? Войдя в Ханаан, евреи получили приказ поставить в каждом городе судей, которые будут разбирать все дела. Тора исходит из предположения, что на тот момент уже существовала мини-монархия: у еврейских кланов были наследственные вожди. Таким образом, сильная судебная власть уравновешивает власть потомственных правителей. У еврейских судей не было широкой свободы действий, поскольку гражданских законодательных актов было немного, и решения принимались на основе заповедей. В разных городах религиозные законы толковались одинаково, а интерпретация была очень консервативной, что не позволяло судьям злоупотреблять полномочиями. Еврейское общество было клановой конституционной монархией со свободным рыночным законодательством.

Нынешняя система хуже.